Мы сидим в издательстве «Погледи» у Милослава Самарджича. Вокруг на полках, на столе, на диване и на креслах – книги. Книги, с обложек которых на нас смотрят удивительные лица. Лица, очень похожие на те, что мы привыкли видеть с детства на обложках книг о Петре I, Суворове и Кутузове, на обложках современных книг о Гражданской войне в России. Глаз привычно отмечает сходство военной формы и символики и останавливается на отличиях.

Историк и писатель Милослав Самарджич занимается историей четников – военного движения сербского народа. Такая форма военной организации, как «четы» (чета – отряд, ударение на первом слоге), возникли в XIX веке для защиты сербов в Старой Сербии и Македонии от натиска мусульманских башибузуков.

В Балканских войнах и в Первой Мировой отряды четников действовали в согласии с регулярной армией, совершая рейды в тыл противника, нападая на его штабы и базы. В случае отступления Сербской армии, четники прикрывали её фланги.

После освобождения и создания нового государства, четницкие ветераны в 1921 году учредили “Объединение четников за свободу и честь Отечества”, с основной целью сохранения четницких боевых традиций, развития патриотизма, заботы об инвалидах и семьях погибших ветеранов. Объединение имело филиалы, которые среди прочего готовили бойцов, чтобы в случае новой войны и оккупации организовать четницкую борьбу.

Движение четников возродилось в годы Второй Мировой. Четники были сторонниками изгнанного короля Югославии Петра II, их лозунгом были слова: «За Короля и Отечество!» Возрождение движения связано с именем генерала Драголюба «Дражи» Михаиловича. Сын учителя, профессиональный военный, Драголюб Михаилович участвовал в двух Балканских войнах и в Первой Мировой, был награждён за храбрость медалями и орденами Югославии, России и Великобритании.

После того, как в 1941 году Югославская армия была разгромлена ударами немецких, итальянских и венгерских войск на фронте и хорватских вооружённых отрядов в тылу, полковник Михаилович отказался капитулировать. Он собрал солдат и офицеров и двинулся на Равну Гору. Оттуда началось движение четников, или Равногорское движение. К Михаиловичу потянулись военнослужащие бывшей королевской армии, сербские патриоты, члены Сокольского движения и все те, кто не смирился с оккупацией. Среди них были и русские белоэмигранты, многие из которых служили в королевской армии Югославии. Дража рассылал своих сторонников по сербским землям поднимать народ на борьбу. Интересно, что сам Михаилович называл свои войска «Югославским Войском в Отечестве» (с 1944 года – «Сербская Армия»), а имя четников его воинам присвоил народ, видя в Равногорском движении своих защитников.

Четницкое знамя с лозунгами “С верой в Бога - свобода или смерть”, “За крест честной и свободу золотую – С верой в Бога, за Короля и Отечество” стало символом сплочения всех сербских патриотических сил. Четницкие символы, эмблемы, одежда, вооружение, длинные бороды и волосы, старые четницкие титулы и все другие узнаваемые знаки старого четницкого движения тогда снова были востребованы.

В оккупированной Югославии разгорелась гражданская война - сторон конфликта было значительно больше, чем две. Были коммунистические партизаны хорвата Иосипа Броз Тито, которые до нападения Германии на СССР поддерживали именно немцев, стреляя в спину отступающей королевской армии, а после нападения Гитлера на СССР сделавшиеся «антифашистами».

В землях со смешанным сербо-хорватским населением возникло движение усташей, католиков-хорватов. Возглавил его фанатик-убийца Анте Павелич. Усташи проводили жестокий геноцид сербов – мирного населения, женщин и детей. Доходило до того, что настоящие оккупанты - немцы и итальянцы - спасали население сербских деревень. О деяниях "добрых католиков", конечно же, знали в Ватикане, но осторожный папа Пий XII и не подумал их осудить.

Геноцид со стороны хорватов стал причиной сербского восстания, и Дража Михаилович направил в помощь восставшим своих людей. Одним из лидеров четников в Боснии и Далмации стал православный священник Момчило Джуич, который возглавил четницкую Динарскую дивизию. Дивизия вошла в состав Югославского войска в Отечестве Михаиловича, а Джуич получил звание четницкого воеводы.

Коммунисты видели в Михаиловиче главного противника, поэтому развернули лживую информационную кампанию, обвиняя четников в сотрудничестве с оккупантами, вследствие чего к 1944 году союзники переориентировались на Тито, чем обусловили его успех.

После победы союзников большинство четников и их командиров англичане выдали коммунистам, и множество патриотов, во главе с самим Дражей Михаиловичем, было расстреляно. «Союзники – сволочи» - писал об англичанах Михаил Булгаков в романе «Белая Гвардия». С тех пор ничего не изменилось. Они предали Белое движение после Гражданской войны в России, они предали четников после Второй Мировой. Кстати, именно с нашими белогвардейцами четники имеют больше всего схожего. Как заметил Милослав Самарждич, события 1941-1945 годов в Сербии и Югославии в целом больше всего напоминают именно период Гражданской войны в России. И четники – это сербские белогвардейцы.

Милослав рассказал нам много интересных подробностей о войне в Югославии, которые были нам неизвестны. Писатель подарил казакам книги, в которых собраны документы и фотографии, подтверждающие сотрудничество коммунистических партизан Тито с оккупантами, хорватскими усташами и албанскими мусульманскими бандитами.

Мы не могли не поинтересоваться отношением сербов к антисоветским русским и казачьим формированиям, воевавшим в Югославии во время Второй Мировой войны. По словам Самарджича, I Казачья кавалерийская дивизия (XV Казачий кавалерийский корпус) против сербов не воевала, она была расквартирована в Хорватии, и главными противниками казаков были коммунистические партизаны.

В ходе нашей поездки мы не раз становились свидетелями, как патриотичные сербы, желая хорошо высказаться о ком-либо, говорили: «он – правый четник» (настоящий четник). Так же как на Руси, желая сделать мужчине-воину высший комплимент, говорят: «настоящий казак».

Так что мы ещё раз убеждаемся в том, что мы и сербы – одно. И связь наших народов не разорвать ни лживым западным «союзникам», ни лукавым восточным «мудрецам». В подтверждение чего, уже уезжая домой, мы подняли в купе поезда рюмки с подаренной нам сербской ракией и выпили «С вером у Бога, за Краля и Отаджбину!»